
12 января 2026 года Дональд Трамп объявил о немедленном введении 25-процентных пошлин на товары из любых стран, ведущих бизнес с Ираном. Без деталей, без переходных периодов и, как подчеркнул сам Трамп, «без обсуждений».
Что это значит на практике:
— Под удар автоматически попадают Китай, Индия, Турция — ключевые контрагенты Ирана.
— Для Китая риск очевиден: он крупнейший покупатель иранской нефти, а независимые НПЗ активно наращивали закупки в конце 2025 года.
— Для Индии проблема даже не в объемах торговли, а в порте Чабахар — стратегическом проекте, дающем Нью-Дели доступ к Афганистану и ЦА в обход Пакистана.
— Россия, по данным WTO, занимает 8-е место среди торговых партнёров Ирана ($2,5 млрд оборота за 2024 год) — формально не ключевой игрок, но в зоне внимания.
Контекст делает ситуацию еще нервнее:
— В Иране — крупнейшие протесты со времён 1979 года, более 500 погибших, около 10 тыс. арестованных.
— 14 января Верховный суд США должен вынести решение о законности «глобальных президентских пошлин». Негативный вердикт может затормозить реализацию угроз.
— Любая эскалация вокруг Ирана автоматически возвращает в повестку Ормузский пролив — а это уже нефть, фрахт, страховки и логистика по всему миру.
Пока это выглядит как санкции нового типа: не против страны, а против всех, кто с ней взаимодействует.
И чем меньше деталей — тем выше неопределенность для рынков и цепочек поставок.
ВЭД Навигатор — когда санкции объявляют в соцсетях, а последствия считаем мы.